---
title: "Эксперимент с внетелесным опытом дал странный результат"
description: "Учёные проверили, способны ли люди во время внетелесного опыта увидеть скрытую цель. Основной тест провалился, однако два участника неожиданно описали происходящее за закрытой дверью."
datePublished: "2026-09-15T07:59:45+00:00"
lastmod: "2026-09-15T07:59:45+00:00"
author: "Андрей Воробьев"
category: "Биомедицина"
image: "https://hanga.su/images/img_26/32338640-b72e-4437-a98d-a29864d9771c.jpg"
slug: "eksperiment-s-vnetelesnym-opytom-dal-strannyj-rezultat"
---

# Эксперимент с внетелесным опытом дал странный результат

![Учёные Университета Вирджинии проверили, способны ли люди во время предполагаемого внетелесного опыта воспринимать скрытое изображение в другой комнате.](https://hanga.su/images/img_26/32338640-b72e-4437-a98d-a29864d9771c.jpg "Внетелесный опыт")

Может ли сознание получить информацию о месте, которое человек физически не видит? Этот вопрос десятилетиями находится на границе нейробиологии, психологии и исследований необычных состояний сознания. Теперь команда под руководством нейробиолога Марины Вайлер из Университета Вирджинии попыталась проверить одну из самых спорных разновидностей таких переживаний — внетелесный опыт. Результат получился почти детективным: главный эксперимент не подтвердил необычных способностей участников, зато исследователи столкнулись с наблюдением, которого первоначально вообще не собирались искать.

В исследовании участвовал 21 человек. Эксперимент проводился в Бразилии, а добровольцам предлагалось попытаться воспринять случайно выбранное изображение, демонстрировавшееся на ноутбуке в отдельной недоступной комнате. Причём сама цель оставалась неизвестной не только участникам, но и исследователям, непосредственно работавшим с ними. После сеанса люди рассказывали, что им удалось увидеть или представить. Для сравнения описаний со скрытыми изображениями учёные использовали вычислительный анализ смыслового сходства текста.

И здесь произошло первое важное событие — ничего сверхъестественного обнаружить не удалось. По данным опубликованной работы, девять участников сообщили о внетелесном переживании, а 13 дали описания предполагаемой цели. Статистический анализ не показал, что эти описания соответствовали скрытым изображениям лучше, чем можно ожидать при случайном угадывании. Иными словами, эксперимент не подтвердил способность человека покидать тело сознанием или дистанционно видеть спрятанный объект. Это принципиальное ограничение, без которого дальнейшая история легко превращается в сенсацию.

Но после экспериментов обнаружилась странная деталь. Два участника вместо правильного описания изображения рассказали о людях, находившихся за закрытыми дверями. Один описал исследователя, сидевшего слева и смотревшего на ноутбук, и другого человека дальше в комнате, читавшего книгу. Другой участник описал исследователя справа, делавшего записи, тогда как второй находился слева у компьютера. Записи эксперимента подтвердили, что в соответствующие моменты расположение и действия людей действительно совпадали с этими описаниями. Организаторы указывают, что непосредственно видеть происходившее участники не могли.

Звучит впечатляюще, однако именно здесь проходит граница между загадочным наблюдением и научным доказательством. Исследователи заранее собирались проверять способность распознавать изображения на ноутбуке, а не местонахождение людей в комнате. Поэтому рассказы двух участников относятся к результатам, обнаруженным уже после проведения основного теста. Научная методология требует гораздо более строгой проверки: если необычный эффект замечен постфактум, необходимо построить новый эксперимент, заранее объявить, что именно будет измеряться, и посмотреть, повторится ли результат. Сами авторы подчёркивают, что эти два случая нельзя считать доказательством внетелесного восприятия.

Именно поэтому исследование интересно не сенсационным утверждением о сознании вне тела, а примером того, как наука работает с аномалиями. Представим, что стрелок сначала выпускает сотню стрел в стену, а затем рисует мишень вокруг двух, случайно оказавшихся рядом. Такое совпадение выглядит гораздо убедительнее, чем является на самом деле. Совсем другое дело — сначала нарисовать маленькую мишень, а затем посмотреть, сможет ли стрелок регулярно попадать в неё. Следующий эксперимент с внетелесным восприятием должен работать примерно по этому принципу.

Авторы уже предлагают один вариант проверки. В закрытой комнате можно размещать не только изображение-мишень, но и заранее определённые необычные детали: например, исследователь может надеть заметный предмет одежды. Затем необходимо проверить, будут ли участники описывать именно эти заранее выбранные признаки с частотой выше случайной. Если подобный эффект независимо повторится в контролируемых исследованиях, тогда возникнет значительно более серьёзный научный вопрос о том, каким образом человек получает информацию, недоступную обычным органам чувств. Пока до такого вывода далеко.

Сама тема внетелесных переживаний при этом вполне реальна как объект науки, независимо от объяснения их природы. Люди описывают состояния, при которых им кажется, будто точка восприятия переместилась за пределы физического тела. Нейробиология изучает чувство присутствия в собственном теле, пространственную ориентацию, изменённые состояния сознания и работу систем мозга, объединяющих зрение, равновесие и ощущения от тела. Марина Вайлер специализируется именно на необычных состояниях сознания, внетелесных переживаниях и проблеме взаимоотношений мозга и субъективного опыта.

Новая работа поэтому не показывает, что сознание действительно способно отделяться от мозга, и тем более не переписывает современную нейробиологию. Зато она оставляет необычный вопрос, который теперь можно проверить экспериментально. Если два точных описания были случайными совпадениями, более крупные и заранее спланированные испытания должны это показать. Если же эффект начнёт воспроизводиться в независимых лабораториях при исключении обычных способов получения информации, проблема станет намного интереснее. Наука часто движется именно таким путём: не от сенсационного ответа к уверенности, а от странного наблюдения к всё более строгому вопросу.